Меню


Форма входа

Пресса о ЗПТ

Наркоман за... рулём

Врачи? Да они бессильны. Даже лучшие из них. Лекарств от наркозависимости нет. И Нобелевских премий за медицинское решение этой страшной интернациональной проблемы нет. Кстати, далеко не все наши врачи-наркологи являются такими уж сторонниками пресловутых метадоновых программ. Но… молчат, поскольку вынуждены выполнять (или имитировать, это уж вопрос совести) волю Минздрава.
Каждый день мы пользуемся общественным транспортом или авто. Никто не задумывается о том, кто и в каком состоянии сегодня сел за руль. Может, потому, что трудно себе представить, что машиной управляет нетрезвый человек. Причем от которого не пахнет алкоголем и внешне он вполне адекватен. Страшно даже подумать, что за рулем транспортного средства может быть наркоман. К сожалению, это реальность. И, что самое ужасное, — происходит сие с нашего молчаливого согласия.
 
Недавно в одном из журналов развернулась дискуссия о плюсах и минусах так называемой заместительной терапии для наркозависимых. Статья начинается с рассказа молодой журналистки о том, как некий симпатичный парень Слава встретил ее на выходе из станции метро «Дарница» и повез на своей машине в наркологическую клинику, которая находится на улице Красноткацкой.
 
Скажу честно, кровь застыла в жилах, когда прочитал эти строки. Ведь там, куда Слава, «образцово-показательный клиент заместительной терапии», повез девушку, он каждое утро получает таблетку бупренорфина, как и другие пациенты этого учреждения. Бупренорфин, как и метадон, с помощью которых медработники «лечат» наркоманию — тяжелые синтетичесике наркотики. Значит, Анастасия ехала в машине, которую вел человек, находящийся в активной зависимости от наркотика.
 
Слава рассказал журналистке, что у него, благодаря такой «терапии», теперь есть своя фирма, он успешен, и руководит коллективом из 16 человек. Это ложь. Потому, что симпатичный Слава — наркоман, и он, как и все наркоманы, симпатично лжет. Прежде всего себе, потом всем остальным.
 
Конечно, этот парень отлично знает — чтобы бросить наркотики, нужно пройти длительный и трудный путь реабилитации, перевоспитать самого себя, стать другим человеком. А зачем? Если можно бесплатно каждый день получать наркотики от государства, которое таким образом проявляет заботу о наркозависимых. Гуманно, нечего сказать. Слава выбрал наркотики.
 
Но мы-то, взрослые и трезвые, умные и разбирающиеся. Как мы могли допустить, чтобы наркоманы сидели за рулем, да еще дурили нам головы сказками о своей адаптации в обществе?! В этом вопросе нужно четко расставить акценты: пока человек принимает наркотик, ни о какой адаптации не может быть и речи. Это — аксиома.
 
Смею так категорично утверждать потому, что 12 лет назад победил проблему наркомании в своей семье. Но перед этим, как и многие другие родители, прошел все круги ада — прогнившую и не состоятельную наркологию, которая зарабатывает на этой проблеме деньги и отправляет своих пациентов на кладбище, шарлатанов-целителей, предлагающих волшебную таблетку, не существующую в природе, — и достаточно плотно познакомился со всеми «прелестями» заместительной терапии. Пережив весь этот ужас, я и мои единомышленники-родители объединились в общественную организацию для того, чтобы рассказать людям правду о наркомании и помочь другим.
 
Официально тяжелые синтетические наркотики бупренорфин и метадон, которые выдаются участникам программы заместительной терапии, приказом Минздрава в апреле этого года были внесены в Национальный перечень основных лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения. Это — преступление, вернее, только часть его. Такая изощренная хитрость наркологов имеет своей целью «запудрить» мозги широкой общественности и с легкостью обмануть родителей наркоманов, которые согласились «лечить» их с помощью другого, «хорошего» наркотика и стали участниками этой программы. В некоторых странах заместительная терапия проводится героином. Это наименование многих отпугнуло бы, наверное. Но ведь метадон и бупренорфин еще более сильные наркотики, чем героин, с которых «соскочить» не возможно!
 
Однако даже внесение этих тяжелых наркотиков в список лекарственных препаратов, тем не менее, не спасает их потребителей от ответственности. Ведь тот, кто находится за рулем, по закону может пользоваться только тем лекарством, которое имеется в аптечке машины. Применение же других лекарственных препаратов — нарушение ст. 130 Административного кодекса. Выходит, образцово-показательный Слава ежедневно нарушает закон. И, к сожалению, не только он один.
 
Те, кто преступно «протащили» заместительную терапию в Украину, и те, кто одобрительно нажали кнопки, не подумали о том, что это решение, принятое без широкого обсуждения в обществе и в среде специалистов, коснется и их тоже. Однако ежедневные новости, начинающиеся сводкой ДТП, — подтверждение тому. Наркомания давно поразила семьи людей состоятельных, в том числе и народных избранников.
 
Наркоманы — обманщики по своей сути. А все остальные? Как можно было внедрять программу заместительной терапии в Украине, не разработав при этом правила поведения ее участников в социуме? В той же Польше, которая лучше других европейских стран справляется с проблемой наркомании, участников заместительной терапии около 800. Они четко знают, что садиться за руль после приема легального наркотика запрещено, о чем подписывают соответствующий документ.
 
В Украине на сегодня участниками программ заместительной терапии являются пять тысяч человек. Только в Киеве и Киевской области их около 700, в Крыму — 600. Кто может ответить, сколько из них водят машины?
 
В декабре этого года госавтоинспекция Крыма провела спецоперацию, в ходе которой за три недели было задержано 111 наркоманов за рулем. Были ли среди них участники заместительной терапии, тоже неизвестно.
 
Кто готов сознательно сесть в машину к человеку, который с утра уже «принял»? Кто согласен ехать в маршрутке, водителем которой трудоустроился участник заместительной терапии? А ведь это уже не предположения, а реальность.
 
Вот уже второй месяц не стихает телефон горячей линии нашего родительского комитета по борьбе с наркотиками. Отчаявшиеся мамы (они звонят чаще, чем папы), которые по 10—15 лет безуспешно таскают своего ребенка по наркологам и психбольницам, обращаются к нам как к последней инстанции за помощью. Их признания о том, что дети-наркоманы работают водителями маршруток, такси и другого транспорта, просто шокируют. Женщина из Запорожья рассказала, что ее муж-наркоман управляет тепловозом.
 
И это только начало. Ведь 10 ноября текущего года министр здравоохранения Князевич подписал приказ
№823 о расширении программы заместительной терапии по всей территории Украины. По планам Минздрава, «подсадить» на легальный наркотик в ближайшее время намечается уже 60 тысяч украинцев. Вот только как «крестные отцы» заместительной терапии будут ездить по дорогам сами и с каким сердцем это делают сейчас? Ведь наши участники заместительной терапии, в отличие от Польши, никаких бумаг относительно управления транспортным средством не подписывают. Для них главное требование — не пропускать «лечение», устроиться на работу и не выносить наркотики.
 
Кстати, факты появления метадона на черном рынке, о чем мы предупреждали государственные органы, уже фиксируют правоохранительные органы во многих регионах Украины. Только в Николаевской области за время внедрения программы заместительной терапии было зарегистрировано около десяти случаев выноса метадона из лечебных учреждений с целью употребления и два случая для продажи.
 
И главное. Как ни горько это утверждать, многие участники заместительной терапии останутся наркоманами навсегда. Родители перестали бороться за их жизнь и лишили шанса избавиться от наркозависимости. Это их выбор. Но остальная часть общества должна сказать свое слово и предпринять конкретные шаги против того, чтобы наркоманы не сидели за рулем.
Анатолий ГЕВЛИЧ
(председатель правления Всеукраинского
родительского комитета по борьбе с наркотиками)
 
Комментарий специалиста Семёна Глузмана
 
Спорадически возникающие в украинских массмедиа реплики на тему наркотиков, как правило, содержат больше эмоций, нежели информации. Жаль, очень жаль, поскольку эта проблема в Украине по-прежнему остается острой. Почти на 46 миллионов людей, включая младенцев и престарелых, — полтора миллиона наркозависимых. Десятки, сотни тысяч юношей и девушек, не успев вкусить нормальной жизни, уходят на кладбища.
 
Государство безмолвствует. Как будто этой проблемы не существует. По-прежнему в стране нет продуманной реалистической социальной политики (в этом смысле существование Министерства социальной политики не должно обманывать, политика создается не в министерствах, для этого есть законодатели). «Молодежное» министерство, в чьи функции входит компетентное сопровождение этой трагической проблемы, предпочитает заниматься футболом. Кстати, исключительно профессиональным футболом, игнорируя потребности тысяч и тысяч украинских мальчишек, вынужденно замещающих свою тоску и ненужность веселым наркотическим кайфом. А силовые структуры все того же государства спокойно и безнаказанно крышуют наркобизнес.
 
Врачи? Да они бессильны. Даже лучшие из них. Лекарств от наркозависимости нет. И Нобелевских премий за медицинское решение этой страшной интернациональной проблемы нет. Кстати, далеко не все наши врачи-наркологи являются такими уж сторонниками пресловутых метадоновых программ. Но… молчат, поскольку вынуждены выполнять (или имитировать, это уж вопрос совести) волю Минздрава.
 
Несколько лет назад, пользуясь своим положением в украинском отделении фонда Сороса, я организовал приезд в Киев уважаемого американского профессора, глубокого знатока проблемы (в кругу менеджеров фонда его именуют «Мистер Метадон»). Он выступал в Киеве, давал интервью. И ни разу не сказал, что метадон, как и все иные методы заместительной терапии, — панацея. Заместительной терапии должна предшествовать социально-психологическая реабилитация — таковы были его слова.
 
Не хочу входить в профессиональные детали, в подробности. За частоколом специальных терминов легко осуществлять грязные спекуляции. Украинское общество должно знать: оно — в опасности. Потому что постоянное игнорирование государством этой проблемы приводит к ее расширению, усилению. Наркобизнес, во всех его специфических подвидах, стал существенной частью украинской теневой экономики. Он, наркобизнес, диктует государству все, что считает полезным и необходимым для себя. Так называемая заместительная терапия в украинском исполнении все заметнее становится частью этого национального наркобизнеса. Легальной его частью.
 
В 2002 году по моей инициативе в Украине была написана и издана книга «Наркобізнес та національна безпека». Автор — Игорь Гриненко, весьма компетентный офицер СБУ, реальный знаток этой проблемы. Следует заметить, что роды книги происходили непросто, существенную моральную и административную поддержку автору оказал Владимир Ильич Пристайко, тогда заместитель председателя СБУ. Так вот, презентация книги (как и ее содержание, впрочем) была откровенно неинтересна журналистам. Уверен, с этого все и начинается…