Меню


Форма входа

Международный опыт

Лечит или контролирует?..

Заместительные программы в Белоруссии до сих пор являются спорным методом лечения наркомании. С одной стороны, пациент отказывается от употребления тяжелых наркотиков, перестает жить по законам криминала и отдавать свои, чаще всего незаконно добытые, деньги наркодилерам. Это, безусловно, большой плюс. Но можно ли назвать лечение метадоном лечением? Пациент продолжает зависеть от наркотика, применение которого лишь ограничивается врачом. Метадон в данном случае используется для устранения абстинентного синдрома — «ломки».

Для лечения опиоидной наркомании в Беларуси уже около трех лет применяется заместительная терапия метадоном, однако популярность ее пока невелика — в стране существует всего шесть кабинетов. В мировой медицинской практике этот метод используется уже более полувека, он одобрен Всемирной организацией здравоохранения, Управлением ООН по наркотикам и преступности (UNODC) и UNAIDS.


Заместительная терапия на практике

Психиатр-нарколог Центра заместительной терапии при Минском областном наркологическом диспансере Евгений Голубицкий рассказал о заместительной терапии на практике. Она подразумевает как ежедневный прием определенной дозы метадона, так и психосоциальное сопровождение, план которого разрабатывается совместно психологом и пациентом.

Препарат выдается в виде сиропа, его прием проводится исключительно под контролем медперсонала. Дозировка подбирается каждому пациенту индивидуально, начиная с минимального количества, с постепенным наращиванием. Такой механизм необходим, чтобы избежать побочных действий и передозировки.

«Считается, что доза подобрана правильно, когда пациент находится в зоне психофизического комфорта, чувствует себя хорошо и трудоспособен. У него нет желания употреблять наркотики, нет состояния кайфа и эйфории», — рассказал Евгений Голубицкий.

Препарат недорогой, и на одного пациента тратится, как правило, не более одного доллара в день.



Главная задача медиков — вылечить наркомана, а не «давить» на него

В начале лечения пациенты ежедневно сдают анализы на неупотребление других психоактивных веществ, поскольку это грозит передозировкой. Позднее анализы берутся, если у медиков возникают сомнения, но не реже двух раз в месяц.

Однако если пациент «сорвался», это еще не значит, что путь к спасению через заместительную терапию для него закрыт. По словам Евгения Голубицкого, главная задача медиков — вылечить наркомана, а не «давить» на него. Это касается и алкоголя, который тоже запрещено принимать во время лечения.

«Срыв может означать, что пациенту, возможно, неадекватно подобрана доза препарата. Разобраться в ситуации очень важно. Если возникнут трудности, врач может собрать врачебно консультативную комиссию с привлечением научного сотрудника, компетентного по данному вопросу», — рассказал Е.Голубицкий.

В практике Центра был случай, когда пациентку дважды уличили в употреблении алкоголя. Первый раз ей было сделано замечание и проведена работа, направленная на формирование мотивации к отказу от алкоголя. После второго срыва женщине предложили пройти еще и противоалкогольную терапию с использованием медикаментов.

«Мы не хотим ее терять, у нее есть дети, ей надо строить жизнь, интегрироваться обратно в общество. Если бы мы выгнали ее за «плохое поведение», она бы снова вернулась туда, откуда пришла. Мы действуем гуманно, предлагаем альтернативу», — говорит врач.

Никогда нельзя сказать точно, когда пациент, проходящий по метадоновой программе, избавится от наркозависимости. Заместительная терапия не предполагает конкретных временных рамок.

«Некоторые пациенты ставят себе цель через год выйти из метадоновой программы, кто-то не готов этого сделать, и будет продолжать терапию», — отметил врач.

Жизнь наркомана всегда вертится вокруг дозы, ломки, денег, преступлений, дилеров и наркопритонов. Помимо избавления от абстинентного синдрома, заместительные программы предоставляют пациенту платформу для налаживания жизни, возможность пройти групповую и индивидуальную психотерапию.



Условия включения в программу

В Центре заместительной терапии при Минском областном наркологическом диспансере сейчас лечится 16 пациентов. Однако включить в программу могут не каждого наркомана.

Для этого необходимо подтвердить диагноз зависимости от опиатов (с помощью клинических осмотров и биологических анализов). Стаж употребления должен быть более двух лет, поскольку пациентов с небольшим стажем еще можно «вытащить» с помощью полного отказа от наркотика, терапии детоксикации и реабилитации. Также важно, чтобы у наркомана уже были попытки избавиться от зависимости.

В программу без проблем принимаются пациенты с ВИЧ-инфекцией и вирусными гепатитами. Это помогает предотвратить распространение вирусов, поскольку инфицированный активный наркоман может оставить после себя большой след.

Заместительная терапия рекомендуется беременным женщинам, поскольку в этом случае они смогут находиться под постоянным наблюдением медиков, проходить гинекологические осмотры. Активные наркоманки, как правило, халатно относятся и к своему здоровью, и к здоровью будущего ребенка. К тому же метадон не является тератогенным препаратом и не вызывает изменений плода.



Опыт продвинутой Швеции

Ассистент кафедры психиатрии и наркологии БелМАПО врач-психотерапевт Сергей Попов раньше критично относился к заместительной терапии из-за царивших в обществе предубеждений. Но все они были развеяны после поездки в Швецию — одну из первых стран в мире, где начала применяться заместительная терапия.

Во-первых, считает специалист, к наркозависимым пациентам нужно относиться по-другому. «Не нужно винить человека за то, что по каким-то причинам он пришел к наркотикам. Надо обходиться с ним как с больным человеком и помочь ему выжить», — подчеркивает он.

Во-вторых, при стаже употребления опиоидных наркотиков более трех лет в рецепторах головного мозга происходят необратимые изменения, поэтому добиться полного отказа от наркотического вещества удается лишь в очень редких случаях.

«В-третьих, есть проверенные данные многочисленных качественных исследований. Человек имеет возможность вернуться в жизнь, иметь работу, семью. Это снижает уровень преступности и распространение ВИЧ-инфекции», — отметил Сергей Попов.

Во время своей поездки врач общался с людьми, которые проходят заместительную терапию 20-30 лет: «Они признавались, что если бы не эта программа, они бы давно уже умерли».

В Швеции пациенты, уже находящиеся в программе некоторое время, получают метадон по рецепту в аптеках и принимают его как лекарство — как гипертоник принимает таблетки от давления, а диабетик колет инсулин. Если этого не сделать, человек попадет в зону высокого риска возвращения в наркоманическую систему со всеми вытекающими последствиями: преступность, ВИЧ-инфекция, гепатиты, передозировка, и в итоге — смерть.


Лечит или контролирует?

На вопрос о том, что, по сути, метадон не лечит от наркомании, а лишь позволяет контролировать зависимость, Сергей Попов ответил, что чаще всего эту болезнь невозможно вылечить: «Изменения в рецепторах настолько фатальны, что потребность в веществе остается на всю жизнь. Даже завязавший наркоман все равно остается зависимым человеком, и всегда есть риск рецидива. От наркомании нет излечения, есть ремиссия — стойкая, порой на всю оставшуюся жизнь, или нестойкая».

Ломка от метадона может возникнуть, только если он принимается несистемно или взамен другого наркотика. От него нет эйфории, поэтому бесконтрольное употребление повышает риск передозировки.

«Главное, чтобы было все правильно организовано, — считает Сергей Попов. — Должна работать команда: врач, медсестры, психолог, психотерапевт, социальный работник. После отказа от уличных наркотиков у человека меняется образ жизни. Он оказывается в положении, когда у него нет знакомых, друзей, которые его принимают, работы, средств к существованию, социального статуса. Очень важна психотерапия. Без всего этого метадон — мыльный пузырь».

У Беларуси, по мнению специалиста, пока мало опыта, не хватает психосоциальной помощи. «Даже именно социальной — трудоустройства, налаживания коммуникаций в обществе, адекватного общения с семьей и близкими. К тому же в обществе много стигмы: к наркоману относятся как к отбросу общества, хотя это человек, попавший в большую беду», — считает эксперт.

По его словам, полностью отказаться от наркотиков могут люди с небольшим стажем употребления, зрелой психикой и благоприятным социальным окружением. В противном случае человек вновь и вновь обращается к драгдилерам.

 

Белорусские новости